Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Удивление

Влюблен в невозможность

Сейчас модно делать громкие заявления в Сети. Если вы будете делать то и то и это, то изменитесь и Жизнь ваша изменится. Такие заявления как безопасны, так и бесполезны. Вы в любом случае изменитесь с течением времени. А заметите лишь те перемены на которые обратите внимание. И это всё, что необходимо и достаточно знать.

Вы можете начать рисовать. Можете записывать что-то каждый день. Можете фотографировать и выкладывать репортажи обо всем, что делаете. Можете давать полезные (бесполезные) советы. А можете делать репосты советы других. Может бегать, ездить, плавать или ходить по снегу. Можете быть здоровым или больным. Деятельным или ленивым. Оптимистом или нытиком. 

Я не зря так долго и нудно это перечислял. Никто не знает, что из этого важно, а что нет. И стоит ли оно того. Будет ли это поводом, чтобы попытаться или причиной, чтобы прекратить.

Выучил новую песню. Нарисовал пастелью  зиму. Посмотрел замечательный фильм. Слушаю музыку Генделя. И бесконечно влюблен в возможность продолжения этого. Несмотря на то, что, ценность и полезность этого, мне неведома.

Записывать под баррочную музыку сложно. Уносит.
Удивление

Хранитель. Бремя (время) переживаний

Ранее утро. За окном выводят простенькую мелодию рожки, слышно рычание какого-то крупного зверя. А ещё звучит смех и нездешняя гортанная песня. Скоморохи? Откуда их занесло в наше тёмное время? Ожидаемо услышать что-то непереносимо громкое из спешащего автомобиля. Но чтобы вот так?

В череде необходимых навыков, человека обязательно учат переживать. Мастер-класс дают самые близкие родственники. Не спят ночами, глаз не смыкают, места себе не находят. Пьют показательно лекарства, и оседают в кресло, не в силах вынести. Потом к ним подключаются учителя, а чуть позднее коллеги по службе. Как ты можешь быть таким безответственным? Что из тебя вырастет? Ты подводишь весь коллектив. Любой ценой нужно выполнить это задание. Нельзя подводить своих товарищей. Родители становятся бабушками и дедушками. Теперь показывают, как нужно переживать за внуков. Круговорот переживания в природе.

Времена меняются. Но закаленные в переживаниях за общее дело, успешно передают это знамя в современность. Хотя работают уже давно не за идею. И понедельник не обязательно может начинаться в субботу. Твой работодатель, уже забыл как ты выглядишь. Потому что идея это хорошо, а прибыль гораздо лучше. Но обучение не прошло впрок и ты привычно переживаешь “за дело”.

А потом молодой и эффективный отправляет все сделанное тобой и тебя самого на свалку. И не так уж он и не прав, если по существу. И переживать тебе не о чем. У детей сложилось. И в тебе они не нуждаются. И здесь твои переживания не к месту. Забрезжил неизбежный финал. А что, кроме переживаний у тебя осталось? И было ли?

На каком языке они поют? Эти скоморохи. Вроде бы даже слова понимаешь, а смысл не ухватить. Сон какой-то продолжается? Или это такое пробуждение? В странном месте и неведомом времени. Где поют на улицах своими голосами и дудят в странные дудки. Дичь какая-то. На службу пора. Переживаю что-то. Не все там ладится…
Удивление

В ширину

Широкоформатное молчание. Мысленный автопортрет на фоне бесполезности понимания. Я был там, ты был здесь. Аккуратнее. Мой внутренний другой может быть кем угодно. Но он ждёт. Словно у нас с ним в запасе Вечность. Хорошо бы. Ошибка в расчетах возможна. Ещё несколько возможностей отстыковались. Рад бы, но метроном задаёт другой ритм. Возможно. Широкоформатное молчание. Затмение. Расположение диагональных промежутков. Прощение всегда возможно. Его никогда не бывает много.
Удивление

Сказка про летящее небо, любовь и музыку

Это большое везение. Так улечься у раскрытого окна, чтобы все слышать и видеть. Слышать дождь и видеть тучи и облака. Если повезет ещё больше, то можно разглядеть, как по небу пролетают кусочки неба. Эта странная фраза чудо, как хороша. Среди облаков, которые так похожи на тучи, ведь из них сыплет дождиком, попадаются дырки. Некоторые дырки просто просвечивает, а в некоторые видно голубое небо. И вот тут самое главное забыть про то, что на самом деле облака летят по неподвижному небу. Тогда все и случится. Мимо тебя проплывет лицо человека, который так много вспомнил, что забыл, как забывать. И пролетит кудрявый по краям кусочек неба. Такого удивительного цвета, что ты не сможешь подобрать ему название. Да и не до этого будет. Не до названий. Тут небо мимо пролетает. Такое не каждый вечер показывают.

Она называет себя мужским именем. Но это ничего не меняет. Потому что внешность. Такие черты лица хочется рисовать. Даже, если не умеешь. К нарисованному лицу можно приделать что-то ещё, но это необязательно. Беда тому, кто посмотрит на такое лицо чуть пристальней, чем допустимо. Он уже не сможет отвести глаз. А она этого не заметит. И закружит древняя, как мир игра. Без победителей, но с проигравшими. Нельзя без этого. Иначе может нарушиться шаткое равновесие Мира.

Вот ты сейчас переполнен светом, небом, дождём и счастьем. Может быть вокруг тебя даже кружится нимб. Так тебе сейчас. И качнется Мироздание. Как Ему удержаться, когда такое? Вот тут и пригодится безнадёжно и безответно завороженный. И уравновесит. А когда-то и тебе выпадет время сменить нимб на слёзы. Как-то так и происходит.

К выходу готовится новая туча с дождём. Тяжёлая, изнемогающая от приятного бремени. Гитара, виолончель, скрипка и флейта играют что-то из Моцарта. Такое барочное и подходящее к началу дождливого представления. Музыка старая, а инструменты, в их сегодняшнем виде, во времена Моцарта не существовали. Как и микрофоны, что помогают услышать.

Музыка затихает. Замолкает город. Налетает ветерок, перебирая невидимыми пальцами листья на деревьях. Там,где осины или тополя, листья от такого ветра похожи на стаю взлетающих птиц. Так они шумят. Она чувствует Присутствие, но верит Видению. Это волнует и немного пугает. Как пугает предвосхищение дождя и невозможность заглянуть на кулисы будущего.


Удивление

Вкусовщина

Мессия не любил рыбачить. Издержки ремесла. Рыбе очень больно, когда её поймали. И она бьет хвостом из стороны в сторону, корчится от боли. А ты чувствуешь и пропускаешь через себя любую боль. Какая уж тут рыбалка. Но ученики любят рыбалку и побаловать себя ухой любят. Или зажарить рыбку на углях. Как им объяснить? Да, никак.

Вороны обожают петь. Особенно на рассвете. Но не все разделяют эту страсть. Обзывают пение ворон противным карканьем. И кто бы говорил? Те, кто постоянно просыпают рассветы. И в музыке ценят такое, что ни одна ворона не то, что исполнять, слушать не будет. Конфликт интересов? Разница во вкусах? Или что-то такое, что невозможно объяснить любителям рыбки?

Рисовать ворону просто. Нарисовать ворону невозможно. Поэтому каждый кто рисует ворону, изображает что-то отдаленно напоминающее и желательно забавное. Забавное напоминание вполне может оправдать и даже заменить. Об этом человек узнает очень рано. Когда ты учишься понимать речь окружающих, то понимаешь не все слова. Ты становишься старше, а понятных слов не становится меньше. И ты находишь что-то похожее и напоминающее когда-то вроде бы понятое. В итоге твое понимание состоит из туманных догадок и предположений. На помощь приходит музыка, рисование, пантомима и многое другое, где слова не используются. Поэтому рисовать просто. Нарисовать сложнее.

Мессия любил посидеть с удочкой на рассвете и послушать пение ворон. К удочке не привязана леска с крючком. Рыбы знают это и с удовольствием приплывают ближе. Перед самым восходом солнышка наступает самая настоящая тишина. Ветер затаивает дыхание. Вороны затихают. Рыбы рисуют на речной глади едва заметные круги. Тихо-тихо. Доступное каждому мгновение. Если не проспать и не пользоваться словами.
Удивление

Творение

Фонарь болел гриппом. Эта такая разновидность болезни, когда не светить не можешь, а светить не хочется. Лампочки при этом не перегорают, но горят на пределе накала. Погода не радует, хотя могла бы и раздражать. Блюз не лечит, а сплин употребляется без ограничений.

Серафим сбросил крылья, не заботясь о том, что с ними будет. Все шесть крыльев затрепетали и медленно растворились в пустоте. Было красиво, жаль, что этого никто не видел. Продуманная возможность, иначе бы крылья были переломаны или даже измяты (ангелы не заботятся о крыльях). И смотрелись бы неопрятно. И видеть крылья отдельно от ангела не положено. Серафим прыжком расставил широко ноги, резко выбросил руки в стороны и вверх. Со всех сторон на него обрушились тугие струи ледяной воды. Лучший способ обрести и успокоится.

Кому-то везет сразу, другим приходится карабкаться долго и печально. Но возможность обходиться без слов достижима. Для того, кто словами не пользуется такая возможность кажется надуманной и нарочитой. Но тебя родили, а потом долго и планомерно учили, что ты должен говорить. Ты обязан пропитаться словами. Научиться понимать слова на слух, распознавать слова в написанном. И конечно же произносить слова так, чтобы быть хотя бы приблизительно понятым. Точность понимания не требуется. Все понимают, что слова по определению не способны ничего передать точно. Лишь общий смысл и очертания направления. А вот, когда ты уже без слов не можешь, приходит пора шагнуть в Мир точного и определенного - за пределы слов.

Вариантов много, и они всегда доступны. Жест, мимика, рисунок, мелодия, окрашенное молчание. Привычка все подвергать слову лишь отбрасывает в неопределенность. Ты не понимаешь, не понимают тебя. Ангелам же не нужны слова. С людьми они обходятся без слов. Это несложно. Люди в любом случае договорят за тебя. И неважно говорил ты или молчал.

Несколько банок с красками ждали рядом с приколотым к планшету белоснежным листом. Серафим пригладил руками мокрые волосы. Не глядя, обмакнул по очереди пальцы в разную краску. Закрыл глаза, прислушался. И сделал уверенный мазок, не открывая глаз.

Фонарь за окном мигал под порывами ветра. Фонарь знобило и это было неизлечимо.
Рисунок Ауки "Срисованный ангел"

Удивление

Тишина в ночи

Кот Соня – воспитанный кот. Сидит у открытого балконного окна и слушает ночь. А я слушаю джаз, и конечно же замешиваю в тишину нервные оттенки. Соня не делает мне замечаний. Она слушает ночь и заранее меня прощает. И одерживает сокрушительную победу. Джаз никуда не денется. Он же уже записан. А вот такой Тишины внутри ночи уже никогда не будет. Я все выключаю, даже приглушаю свет. Соня оглядывается на меня и понимающе жмурится.

Слышен далекий самолет. Трамвай. Голоса людей. Далекая автомобильная музыка. Все это невнятно и Тишине не мешает. Позавчера был салют и вот его Соня испугалась. Ярко, громко и непонятно. Влетает ночная бабочка. Соня прыгает, зависает на мгновение в воздухе и промахивается. Бабочка делает круг вокруг лампы и улетает тем же путем, как и залетела. Соня больше ничего не хочет слушать. Обиженно усаживается спиной ко всему. И гениально демонстрирует спиной обиду.

А я понимаю, что моя способность мыслить, говорить и как-то этим пользоваться, не делает меня умнее моего кота и точно не делает талантливее. Можно изо всех сил казаться кем-то и все равно убедительнее тебя будет тот, кто просто пребывает в состоянии Быть. Людям очень важно чего-то достигать, кого-то обгонять и потом этим гордиться. Наверное, это придает хоть какой-то смысл, по сути бессмысленной, Жизни.

Твой долг постоянно растет. Ты должен, должен, должен. Должен развиваться, соответствовать, достигать, не стоять на месте. И еще куча других обязательных и непонятно откуда взявшихся долгов. Не трать драгоценного времени. Успевай. Получай одобрение и избегай осуждения. А потом, одним разом твой долг аннулируется. Вот только тебе будет уже все равно. А тишину в ночи уже не услышать. И не посидеть, бессмысленно глядя в пустоту и не порисовать какую-то ерунду и не уехать в степь и не увидеть, как рождается в горах дождь. Почему? Долги не пускают. Плата за то, чтобы называться человеком. Очень дорогие расценки.

Кот Соня свернулась калачиком и крепко уснула. Место на балконе свободно. Можно послушать Тишину в ночи. Мы разные, я и кот. И бессмысленно даже пытаться искать что-то похожее. Не буду сегодня ничего слушать кроме тишины. Это сложно, потому что требует всего тебя, а это кажется скучным. И совсем не кажется долгом. Это что-то из настоящего.
Удивление

Явление первое. Рама

Фрол Кузьмич Петров проживал по адресу. По месту регистрации. Об этом было написано в его паспорте. И эта вся правда о которой было известно. Потому что сказка. Сказка однажды заинтересовала Петрова, потом лишила покоя и в конце концов стала частью его Жизни. Этот факт биографии Фрола Кузьмича не был зафиксирован. Так чаще всего и бывает. Есть документы, справки и показания свидетелей. И есть настоящее, о котором невозможно рассказать ни в одной социальной сети. Разве что в сказке? Убрав всю ложь и осторожно сохранив намеки? И тогда, если повезет с читателем или слушателем, возможно что угодно.

Знаменитый пианист, толстенькими волосатыми пальцами играл первую часть опуса номер тридцать ре минор из третьего концерта Рахманинова. Играл вдохновенно, блаженно щурился и улыбался. Это было прекрасно. Только за это можно простить телевизору все прегрешения и грехи. А потом…

На восемнадцатый день пятого отражения явился Петрову, под прекрасную музыку, странный гражданин в вызывающем обличии. Гость шагнул в квартиру Фрола Кузьмича из оконного проёма. И без церемоний представился: “Я, Рама”. Петров сначала подумал, что с рамой в окне что-то не так. Но внимательно осмотрев нежданного визитера понял, что Рама – это имя. Одежды на Раме было немного, сложен он был великолепно, хотя по современным меркам слегка толстоват. На лбу у Рамы было нарисовано солнышко, на руках в изобилии присутствовали разнообразные браслеты, глаза - огромные и ясные, словно у ребенка. Судя по одежде Рама прибыл из теплых краев, а судя по всему остальному был он Богом. Из Индии.

Петров, не понимая почему, сложил руки на груди и поклонился Раме. Тот ответил таким же поклоном. Тогда Фрол Кузьмич достал из посудного шкафа кружку для особых случаев и налил в нее немного чаю, так как это принято на Востоке, с уважением. Рама еще раз поклонился, принял кружку, сделал маленький глоток, посмаковал, выразил почтительное удивление и допил чай с нескрываемым наслаждением. Рама все делал именно так. С нескрываемым наслаждением. Выражая всему вокруг благодарность.

Сели за стол. Петров хотел выключить телевизор. Там тот же пианист играл что-то подлинно джазовое, хотя это и было сочинение Дворжака. Рама помотал головой, не надо. Еще позволили себе чаю. Говорить не хотелось. Они и не говорили. Рядом с Живым воплощением Бога было хорошо. Было как-то по-настоящему. Спрашивать ни о чем не хотелось, как и рассказывать что-то о себе. Понятно же, что все понятно, а то что непонятно можно не тревожить. А потом Рама снял с левой руки браслет из черного камня и надел на руку Петрову. После чего поклонился и вышел так же, как и зашел. Нестандартно, но без особых спецэффектов.

Браслет приятно холодил руку. И Петров уже и не помнил то время, когда у не было этого браслета. Хотя прошло всего несколько мгновений. А может пару вечностей? Когда-то Фрол Кузьмич задал Самый Главный Вопрос на свою Жизнь. И только что получил на него ответ. А что с этим теперь делать, в ответе не было. Обычная практика для подобных событий. Дальше сам.
Удивление

Записки безумного

Пляшущие покажутся безумными тем, кто не слышит музыки (с) Ницше

Я это вижу, и я это чувствую. Даже если мне говорят хорошие слова или показывают одобрительные жесты. Я им кажусь безумным. Странный человек летящий на одном колесе. Потому что нет ни одного разумного довода в пользу того, что я делаю. А музыка? Что музыка. Музыка существует лишь в голове слышащего. Можно договориться о том, чтобы слышать одну и ту же музыку. Но никто не знает, что на самом деле слышит другой.

Музыку удается услышать не сразу. Этого невозможно достичь усилием или тренировкой. Оно случается. И наличие способности слышать ничего не значит. Но можно начать танцевать. И однажды возможно услышать музыку. Потому что тому, кто не танцует, музыка не нужна. Танцем может быть что угодно. Даже неподвижность.

Кажутся ли безумными те, кто не танцует, хотя весь Мир вокруг заполнен музыкой? Нет. Потому что если Мир вокруг тебя заполнен музыкой, то в нём нет безумных. Осуждение или оценки нужны для того, чтобы отделять одно от другого. Ты не можешь не судить пока ты отделен. И пока не слышишь музыку. Верно и обратное.

Какой вдохновенный бред! А что еще может сказать танцующий безумец?
Удивление

Вспомнится же такое...

По каналу «Ностальгия» идет музыкальная передача. Играют и поют русский рок тцатилетней давности. И я, вдруг, вспомнил. Вернее, мне показалось, что я вспомнил, но потом выяснилось, что помню очень мало. Помню лица, но не помню имен. Помню, что это было летом. Но год не помню. Знаю, что многих из участников моего воспоминания уже нет среди Живых. Но и это знаю не наверняка. Завидую людям, что могут вспомнить из своего детства разные подробности, с именами, названиями и прочими приятностями. А может они просто гладко врут? Проверить-то это затруднительно.

Началось все с того, что я захотел научиться играть на гитаре. Это желание было неизбежно. Потому что гитаристов любили девушки, уважали парни, да и вообще. Это было (слово «круто» тогда еще не употреблялось в современном значении) классно (не уверен, что и это слово тогда часто использовалось). Человек, способный играть и петь под гитару, автоматически становился избранным. Так, что желание стоило свеч! Но реальность оказалось ко мне беспощадной. Тогда я еще не знал степень своей бездарности и тугости ума. То, что для сверстников было простым и понятным, для меня становилось часто серьезным испытанием. Гитара мне не поддалась. Совсем. Учитель музыки поставил мне окончательный диагноз. Полное отсутствие музыкального слуха и чувства ритма. Мне не светило. Но тут я влюбился.

Покорить любимую можно разными способами. Но я хотел для нее спеть, небрежно (именно так) аккомпанируя себе на гитаре. И это была серьезная мотивация. Но. Научить меня было некому. Все, кто пробовали, единодушно признавали – это невозможно. И целый год я занимался странным. Брал гитару в руки (когда на ней никто не играл), трогал струны и слушал. А заодно учился настраивать инструмент. Для этого не требовалось знать аккорды или уметь извлекать потребные звуки. Достаточно было правильно покрутить колки и найти нужное натяжение струн.
Ничего сложного. Но, выяснилось, что многие из окружающих меня гитаристов могли лихо бренчать, а вот настраивать инструмент умели далеко не все. Мне хватило года, чтобы достичь в настройке определенных высот. Более того, я даже научился правильно строить первую струну (по камертону или пианино, баяну и т.д). И значит, настроенная мной гитара звучала красиво и играть на ней было удобнее (признак правильно настроенного инструмента).

А играть меня научил бывший уголовник. На семиструнке. Он показал несколько секретов, которых мне хватило. Один из главных на удивление прост – играть нужно, не глядя на гитару.
На шестиструнке я научился уже сам. И довольно быстро обогнал тех, кого когда-то считал великими музыкантами. Потому что я знал, что не умею и значит постоянно учился. А многие прекращают совершенствоваться, как только чего-то достигают. Я же до сих пор учусь. Свою любовь к тому времени я уже разлюбил. Научился подбирать популярные песни практически на лету (слуха нет, нот не знал). И это не прошло безнаказанно. У меня появился и музыкальный слух, да и некоторое чувство ритма.

Тем летом мы решили создать вокально-инструментальный ансамбль. ВИА. Тогда это было модно. И казалось, что нет в этом ничего сложного. Правда в наличии у нас был только один музыкант – я. Самоучка. Но это ничего. Мы видели со стороны, как это делали другие музыканты, и нам казалось, что нет тут ничего сложного. Ударные можно сделать из ведер. На басу играть вообще проще простого. А певцов у нас хоть отбавляй. Мы честно репетировали. У нас оглушительно ничего не получалось, но сам процесс был потрясающий. От меня требовалось то, что называется инструментовкой и аранжировкой. Я даже не представлял, как это делается. В меня верили, я в себя нет. Мы распались, не дав ни одного концерта.

Удивительно. Я никого не помню из тех, с кем мы это затеяли. Хотя вроде бы должен был. Есть некие образы, про них я что-то знаю и только. Но отлично помню наши мечты и разговоры. Помню свое состояние растерянности, когда от тебя ждут то, что ты даже не представляешь. Не знаю, как у других участников того нерождённого ВИА сложилось с музыкой. Мне повезло. Многократно. Все-таки процесс музицировали постепенно изменил и меня. И теперь я бы смог сделать то, что от меня хотели. Правда в настоящий момент пою и играю редко. Очень редко. Хотя и могу. Но тут, как с ездой на велике, окончательно разучиться практические невозможно.
Смотрю на рокеров прежних времен и поражаюсь, как просто (даже иногда примитивно) они играли. Но как лихо они это делали. Слушаю и наслаждаюсь. Да и воспоминание хорошее в гости заглянуло.