Хворостин Николай (Аука) (auka) wrote,
Хворостин Николай (Аука)
auka

Categories:

Правдивая история о том, как меня принимали в партию (в мемуары "Я родился в СССР")

   dir-for-live проводит очень интересное мероприятие, что-то вроде конкурса под названием "Я родился в СССР". Подробнее о нем можно почитать вот по этой ссылке.

Мне очень понравилась эта идея и я вношу свою лепту в это мероприятие. Даже, если мой рассказ и не попадет в коллективные мемуары, я с удовольствием его публикую.

Правдивая история о том, как меня принимали в партию.


  Я попал  в  ряды КПСС по разнарядке и недоразумению. Так уж случилось, что после окончания института, оставляли меня на кафедре, и в это же время пришла разнарядка на одного из представителей прослойки. Я, как потенциальный ученый и перспективный преподаватель, видимо подходил как нельзя лучше. Мое нытье по поводу, что я вроде как не достоин и не готов, было ударно разоблачено моими старшими коллегами, которые оперативно дали мне рекомендации и продиктовали текст заявления. Пробыл я в рядах партии совсем немного, но это другая история и о  ней в другой раз.

       Прежде чем стать членом КПСС нужно было год проходить в кандидатах в члены ком партии (именно так это и называлось). Процедура приема в кандидаты мало чем отличалась от процедуры приемы в члены. Кандидатский срок я отмотал незаметно, и вот пришла пора приниматься в партию по-взрослому. Прием – штука многоэтапная, тебя допрашивают в несколько уровней разные люди, чтобы точно быть уверенным, что ты достоин. Главным критерием было знание устава и биографии вождей и руководителей братских партий.
    
     Накануне утверждения моей кандидатуры на парткоме института, у меня родился Ванюха, мой первенец. Отмечали рождение сына весело, шумно, тем более, что событие произошло в разгар сухого закона в стране. По причине ограничений в продаже спиртного, на столе было разнообразно  - шампанское, водка, коньяк, пиво, какое-то вино. Всё это доставалось по блату, а уж тут что достал, тому и рад. Смешение столь разнокалиберных напитков не прошло бесследно, и на утро исторического дня посещения парткома я был как настоящий гусар – до синевы пьян и слегка выбрит. Ленушка (моя любимая жена) была еще в роддоме, а сам я как-то не был готов к тому, чтобы подумать о пристойном внешнем виде. В итоге меня одевали совместно те с кем мы и отмечали. Костюм, галстук, достаточно свежая рубаха, приличные туфли – с этим проблем не было. Но вот мое лицо! Оно было счастливым и вместе с тем несло на себе следы бурного застолья. Я, если честно, до конца не был трезв.

Понятно, что с таким лицом, а уж тем более запахом, в партии делать нечего. Борода – это удобная штука. За ней многое можно спрятать, к тому же я всегда носил длинные волосы. Все  вместе это  скрывало мой недостойный внешний вид.  Запах зажевал какой-то трофейной жевательной резинкой, что дали в подарок к коньяку в какой-то кафешке. Времена были дефицитные, нельзя было просто пойти и купить привычную сейчас жевачку.

    Пришел к назначенному времени в институт. Вернее пришли. Со мной мои друзья, двое из которых уже были коммунистами, а также опытными отцами годовалых сыновей, и полными решимости замолвить за меня слово. Парторг факультета, идейно выдержанная дама, увидев меня, окаменела. Мы, перебивая друг друга, кое-как объяснили, в чем собственно дело. Она куда-то ушла, с кем-то посоветовалась и рассказала как мне себя вести. Члены парткомы были в курсе. Но, чтобы не превращать серьезное мероприятие в фарс, решили делать вид, что никто ничего не замечает.

    Когда я вошел в конференц-зал, то сразу увидел нужные мне ориентиры: ковровая дорожка, по которой мне нужно было сделать несколько шагов, и огромный фикус в кадке, напротив которого мне нужно было остановиться. Что я и сделал. Мне (как и было оговорено) задавали вопросы, на которые можно было отвечать односложно – да или нет. С чем я и справился. А потом меня поздравили с утверждением и рождением сына. Пожелали, чтобы из него вырос достойный строитель коммунизма.

    Сразу после мероприятия мы поехали в роддом. Пели под окном и каким-то чудесным способом умудрились передать Ленушке цветы в палату. А потом вернулись и продолжили. Пели, смеялись, говорили. Впереди была жизнь. В которой через несколько лет уже не стало и той партии и прежней страны. В которой Ванюха только по рассказам знает, как быть октябренком, пионером, и так далее.

Но рожден он, как и я, в СССР.
Tags: Жизнеописание в интерьере
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments