Хворостин Николай (Аука) (auka) wrote,
Хворостин Николай (Аука)
auka

Будем:)

Николаю Васильевичу – двести!
Не в смысле налить, хотя я думаю, он бы не отказался.
Исполнилось ему двести лет.
И живее он многих, кому и двадцати еще нет.
Такая вот безумная арифметика.

Первый раз я читал его «сорочинские» рассказы зимой в деревне.
Было мне, сколько же мне было?
Мал был, читать-то рано выучился.
Так вот, читал я эти рассказы, и так они меня напугали, что боялся в вечером в туалет выйти.
Настолько было похожим, то, что вокруг меня, с тем, что написал Гоголь.
Чертовщина, она город не больно жалует – любит чистый воздух и тишину.
А в городе и черти какие-то нестрашные, без фантазии.
Жестокие, грубые, но не страшные.
Настоящий бесенок пугает деликатно, как пушинкой трогает и очень при этом буднично.
А в городе понтов много.

А «Мертвые души» прослушал позапрошлым летом, опять же в деревне, да даче.
До этого в школе пробежался глазами по тексту, но не пошла у меня книга.
И кстати понял, почему гений сжег второй том.
Не смог он пережить собственного занудства, что захлестнуло его на склоне лет.
И хватило мужества это признать.

Кстати, написал Гоголь не так уж и много. И всё больше по мелочам.
Но какие это душевные мелочи!
Вот хотя бы это:
«Как томительно  жарки те часы, когда полдень блещет в тишине и зное
и голубой неизмеримый океан, сладострастным куполом нагнувшийся
над землею, кажется, заснул, весь потонувши в неге,  обнимая  и
сжимая прекрасную в воздушных объятиях своих! На нем ни облака.» - какое владение словом, русским словом!

С праздником!
Сегодня не грех и чарку поднять.
Помянуть душу сочинительскую.
Дай Бог, обрел он там покой.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments