Хворостин Николай (Аука) (auka) wrote,
Хворостин Николай (Аука)
auka

Невозможность невозвращенья

Пока есть куда, и есть зачем – мы снова и снова будем возвращаться.
В этом нет никакого смысла, но есть непреодолимая невозможность.
Я вхожу снова и снова в одну и ту же реку, точно зная, что это уже другая река и меня прежнего нет.
Но вхождение самодостаточно и не мне судить о его необходимости.

Две недели Жизни на краю Мира.
Две недели Рая в Центре Мира.
Ничего лишнего, а необходимое по мере необходимости.

Это был первый отпуск, в котором можно было позволить себе себя.
Чаще на отпуск откладываются дела и заботы, которые не получается сделать в рабочее время, и такой отпуск, по сути, мало, чем отличается от будней.
У нас же не было телевизора, телефона, и практически никаких отношений с «Большой землей».
А всего остального было в избытке.

Купание при любой погоде.
Ягоды в первозданном состоянии.
Грибы, как в сказке, когда не ты их находишь, а они тебя – так их много.
Звездное небо без дна.
Тишина без края.
Сад в цветах.
Несколько кустов картошки, которая перезимовала и сама взошла.
И теперь эта картошка – уже арт-объект, а не продукт питания.
Кусты превращены в клумбы.

Мы просыпались тогда, когда уже был выпит весь сон.
И засыпали тогда, когда невозможно было не уснуть.
Писать в таких условиях невозможно.
Для того, чтобы писать – нужен конфликт, хоть внешний, хоть внутренний.
Жизнь же в Раю – это прекращение сочинителя.
И это очень славное и приятное прекращение.

Большую часть времени мы были втроем: Я, Ленушка и кот (для тех, кто не в теме, кот – это наша кошка с мужским именем Понтелей. Кот – это состояние, а не обозначение пола).
Мы были вместе и каждый для себя.
Естественное дозирование.
Бесконечно говорили, любили друг друга – это про нас с Ленушкой, потому как кот Жил свою Жизнь.
Ходили так далеко в лес, пока хватало сил для возвращения.
По вечерам слушали книги или я читал вслух.
Покет вместил в себя огромную библиотеку и у нас был выбор.
Нет столько времени, чтобы описать всё это.

А ближе к финалу, приехал наш старший – Ванюха.
Привез много историй из своих походов.
Чуть позднее приехали приятель с женой, и стало понятно, что отпуск закончился.


Фотоаппарата с собой тоже не было.
Это было правильно и мудро.
Всё, что было – осталось в нас.
Понемногу оно проявится, раскрасит будни.
Словами.
Слово умирает, как только мы его произнесли – явили Миру.
Каждое новое слово – новорожденное.
Непостижимая Тайна – рождение слов из ниоткуда.
И ошеломительная возможность выразить невозможное.

Один день на приведения себя в божеский вид.
Один день, чтобы поймать ритм города.
Потом разберу почту, состоящую, похоже, только из спама.
И войду в ту же реку снова.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments