May 11th, 2012

Удивление

В одной букве...

Как?
А никак.
Невозможно быть равнодушным к тому к кому ты неравнодушен.
Вопреки темпераменту, самоконтролю и воспитанию.
Верно и обратное.
Как не ври на словах, не придумывай интерес, не разыгрывай внимание,
А если душе твоей все равно, так оно так и будет.
Есть еще правда рОвнодушие, но это из другого произведения для голоса с оркестром.
Ровное отношение души одинаково не равнодушно ко всему или равнодушно ко всему,
Без скидок и условий.
Давно известно, что равнодушие убивает быстрее всего, а ровнодушие врачует лучше всего.
Уж лучше пусть ненависть или презрение, чем равнодушная вежливость через зубы.
Как?
Да никак!
Равнодушие оно лучше всего в разнице заметно, на контрастах.
Когда два человека рядом, к одному равнодушен, а к другому нет, и это видно сразу.
И ничего с этим не поделать, сильнее это всего на свете.
Может поэтому равнодушие и ровнодушие всего одной буквой отличаются?
Ты потерпи немного, стану я однажды равнодушным (для ровнодушия боюсь сил не хватит), тогда и перестану о тебе писать и для тебя.
Вот и порадуешься долгожданному избавлению.
А пока…увы, никак.
Удивление

Нельзя

Мистический рассказ

Приснился мне дядя Петя покойный, что будто бы сидим мы в бане одетые. Я хоть и во сне, а сразу сообразил, что раз мы одетые в бане, то, значит, не мыться забрались, а выпивать.
Но дядя Петя не пьет, а говорит:
— Нельзя мне!
Я удивляюсь:
— Почему нельзя? Это когда ты живой был, у тебя и сердце больное было, и печень, и язва, ты и бросил пить. Но теперь-то ты мертвый, теперь-то тебе чего беречься? Не порть компании, выпей!
— Нет. Нельзя.
— Да почему?! Что тебе сделается, твою-то, извини, мать?
— Ничего не сделается. А просто — нельзя.
Тут я проснулся и подумал: вот, сколько лет прожил, а лишь теперь понял, что такое смерть. Смерть — когда нельзя. НЕЛЬЗЯ. Нельзя — и все. Без объяснений.
И стало мне интересно мертвым пожить.
Ведь все очень просто: нельзя — и все!
Перестал пить. Дураки пристают, а я говорю: "Нельзя!" — и удаляюсь с загадочной улыбкой.
Разошелся с женой, с которой уж семнадцать лет (то есть с момента свадьбы) мечтал разойтись, да все как-то... А теперь подумал: зачем она мне, мертвому? — и без малейшей запинки разошелся. С другими женщинами, однако, не стал ничего. Я ж мертвый, и это получится извращение какое-то. И главное — нельзя.
Трудней всего было бросить курить. Бессонница терзала, кашель бил в три погибели. Но как вспомню — НЕЛЬЗЯ! — и легче.
Ел очень мало, потому что если совсем не есть, то можно по-настоящему помереть, а я не хотел помирать по-настоящему, я хотел только мертвым пожить.
И стало мне через полгода так легко! — просто летаю! Улыбаюсь на все стороны. Меня толкают и обругивают, а я молчу, мне отвечать нельзя. Невозможно. И самое приятное, что душа не требует объяснений, почему нельзя, и не осталось во мне ничего, кроме уважения к самому себе.
И тут снится мне дядя Петя повторно, уже не в бане, а легально, у меня дома. Он пьет водку! Он закусывает малосольным огурцом с хрустом! Он курит так, что дым из ушей!
Я кричу:
— Дядя Петя, родной, ты что, тебе ж нельзя!
А он с усмешкой:
— Когда нельзя, а когда и можно.
Я проснулся весь в поту.
И плохо мне теперь.
Думаете, я стал опять пить и курить? Зачем! — Минздрав предупреждает!
Но легкость ушла, понимаете вы меня? Ясность мыслей покинула меня. Раньше я знал: нельзя и нельзя. А теперь только и делаю, что думаю: почему нельзя? Ушло от меня это высокое понятие. И слышать мне теперь это слово больно — как видеть свой свадебный костюм на огородном пугале; это не факт, а сравнение, мой-то свадебный костюм вот уж двадцать лет как новый и я надеваю его на свадьбы родственников или на похороны, или на торжественные государственные праздники, которых теперь уж нет.

(с) А. Слаповский. АНТИАБСУРД, или КНИГА ДЛЯ ТЕХ, КТО НЕ ЛЮБИТ ЧИТАТЬ
Удивление

И еще одна цитата

И после того, как не понял сложного и не осуществил, начинаешь открывать простые вещи:
- что спать на воздухе лучше;
– что жить среди зелени лучше;
– что надо поднять упавшего;
– что надо впустить в дом переночевать;
– что надо угостить каждого, кто вошел;
– что надо принести, если попросят;
– что надо заплатить первым;
– что надо сварить бульон для больного, даже чужого;
– что надо не раздражаться на раздражение;
– землю надо любить;
– воду надо любить;
– чистый воздух надо любить;
– бросить лишнее;
– выбросить хлам;
– остаться с одной женщиной;
– смеяться, если смешно громко;
– плакать, если больно, тихо.
Оскорбить может только плохой человек, хороший уйдет от твоей обиды.
– надо восстановить свой род и посмотреть, кто там был, чтобы знать откуда ты;
– не стесняться ходить к врачам;
– ходить на могилы. Смерть есть смерть и до нее какое-то время.


© Михаил Жванецкий