October 1st, 2008

Аука смешной

Осень. Монолог о выборе.

- Ага! Разбежался! Как ты там говоришь: “У меня есть право выбора поступать, так или иначе!” Тьфу ты, прости Господи, гадость какая. У тебя, приятель, есть только одно право выбора – гундеть после того как ты поступишь как-то там! А поступишь ты единственно возможным образом. И никакого выбора! Неужели ты до сих пор не понял, что и гундишь ты по прошествии времени как раз от того, что нету у тебя никакого выбора. Ты как пешка на шахматной доске – куда поставят, там и будешь стоять, но при этом имеешь возможность видеть соседние поля, на которые ты в принципе могла (ты ж пешка, потому и она) бы пойти. А чего ж не пошла? Молчишь? И правильно! Оно, знаешь ли, принять, что у тебя нет никакого права и никакого выбора – это ведь поступок. Сурьезный поступок, зрелый. Смелость нужна для этого и мозги трезвые. Ты вот думаешь, у меня есть выбор? Ну, скажи, думаешь? Я ведь вроде как духовное существо. К Нему приближен! Нет у меня выбора! И у Него тоже нет! Идея выбора была подкинута людям специально, как обезболивающее, слабительное и снотворное. Три в одной пилюле. Пока человек о праве выбора муркает чего-то так, он занят, он от своего величия без ума. А с безумным проще. Безумный он в дополнительной стимуляции не нуждается, сам себя ублажает. Умному же выбор не нужен, как понятие не нужен. Что головенку повесил, чертяка? Тебе про ангелов напели всякой мутотни, а ты уши и развесил. Да, мы совсем не такие, как на твоих картинках. И крылья в быту не распускаем. И в столбе огненном не появляемся. Я вот у тебя, соседом по площадке появился, а мог бы скажем любовницей твоей стать. Так человек живет, и не знает, что спит со своим ангелом или курит в подъезде. Ладно, поговорили и будет. Рано тебе еще. Поживешь. Вот тебе тут фрукты, кефиры, как ты любишь, ноутбук твой, а я пошел. Погоди! Глянь как мне в глаза! Вот и славно. Лучше тебе до поры о нашем разговоре не помнить…

Ангел вышел из больницы. Достал сигарету, не глядя, прикурил с фильтра. Чертыхнулся, выплюнул сигарету, ловко попав точно в урну. Пошел по парку, распиннывая кучи листьев. Потом побежал, быстрее, еще быстрее и вдруг исчез. Только и осталось от него, что оброненная фраза: “Право выбора нужно лишь тому, у кого нет выбора”
Я

01102009

Уже давно заметил. Как запишется что-нибудь не в тему ЖЖ или в целом не в тему, и начинают френды отлепляться. Как сигнала ждут. Терпели, терпели, а тут уж терпежу никакого, быстрее стараются уйти.
И ведь, что интересно, по истечению времени, это-не в тему-записанное, оказывается почему-то в тему. А тогда, когда опубликовалось, и комментов может не быть или с десяток человеков от тебя как от чумного убегут.
У меня выбора нет. Записал, опубликовал. Подставился. Остается лишь сомневаться, уже по факту: А стоило ли? Может лучше было под замочек?
У них тоже не было выбора. Пришел срок – ушли.
Учусь не торопиться с выводами и оценками. Двоечник. Пока не очень получается.
Удивление

А из нашего окошка…

   Из нашего окошка видна пятиэтажка и особенно крыша пятиэтажки. На той крыше тройка телевизионных антенн общего пользования. Видно, что в эпоху кабельного телевидения этими антеннами люди уже не пользуются. Но антеннам выбирать не приходиться, вот и торчат они из крыши, как неторопливо гниющие зубы. С людьми и антеннами все, так или иначе, понятно, а вот птицы. Птицам антенны очень даже по душе.
Вот и сейчас сидит на одной из антенн серая ворона и думает свои неторопливые серые вороньи мысли.

  Утром солнце, как известно, с удовольствием красит. И не только стены древнего кремля, а всё, что на пути встречается. В этот раз на пути  у солнечных лучей возникла ворона. И раскрасило ту ворону в такие оттенки розового, что и глаз не отвести. Но ворона-то не знает. Она ж сидит и думает, а солнцу тоже нет смысла дожидаться пока какая-то птица от своих мыслей отвлечется. У солнца, знаете ли, забот еще ого-го, там много, что и беспокоиться не зачем. Я еще нарисовался в окне. Правда, до меня точно ни вороне, ни тем более солнцу совсем дела нет. А мне это на руку – рот раззявил и любуюсь.

   Хороша ворона. Перья заиграли, заискрились. Храсотища необнаковенная. Грамурная птичка-то? Вполне так гламурная! Но это только на первый взгляд. Очнулась ворона от своих раздумий, встряхнулась, каркнула что-то в пустоту и нагадила на антенну.
Как не наряжайся, ни разукрашивайся, а если ты серая ворона, то никуда ты от своей серости вороньей не спрячешься.
Где Я?

Корнелий и гадости

Однажды Корнелию не понравился какой-то человек.
Даже не сам человек, а то, что этот человек делал и как он это делал.
Человека того Корнелий и не видел ни разу.
И произошло странное.
Корнелий снова и снова обращался к не понравившемуся в том человеке.
Испытывал даже какое-то непонятное удовольствие, когда находил еще что-то такое неприятное.
Но удовольствие было кратким, а потом оставалось гадостность на душе.
Гадостность эта отравляла существование.
Корнелий сам себе давал обещание больше не прикасаться к тому, что его так раздражало.
Ведь это самое раздражающее не было чем-то нужным для Корнелия.
Корнелия никто не заставлял обращаться к этой части реальности.
Какое-то время Корнелий держался, но потом срывался.
Как томимый жаждой он копался в новых деяниях того человека.
Находил новые гадости.
Возникало ощущение, что тот человек как бы подыгрывает Корнелию.
Это продолжалось.
Лучше от этого Корнелию не становилось.
Корнелий понял, что если его копания в гадостях не остановить, то он сам, незаметно для себя, будет вокруг искать лишь гадкое.
Продолжать бороться с собой  было уже небезопасно.
И Корнелий принял себя такого.
Честно принял, что есть в нем что-то такое гаденькое, в чем он не желает себе признаться, но при этом не брезгует отыскивать это в других людях.
Признание было неприятным.
Такое ощущение, что тебя вырвало, и ты смотришь на остатки непереваренной и дурно пахнущей пищи.
Потом наступило облегчение.
Корнелию больше не нужно было давать себе обещания не делать что-то.
Где Я?

01102008

А знаете, есть особый кайф в том, что твои тексты читают много людей.
Конечно до тысячника мне еще как до страны у Желтого моря в позе естественного спаривания.
Но и того количества читающих, что уже есть, достаточно, чтобы почувствовать.
Разные люди, разные мнения, разные цели – неслабый замес.
Плюс естественная миграция, кто-то уходит, кто-то приходит.
Непредсказуемая ситуация – никогда наперед не знаешь, как аукнется написанное.
Единственно, что остается – писать без оглядки, как Создатель на душу положит.