Хворостин Николай (Аука) (auka) wrote,
Хворостин Николай (Аука)
auka

Быть сказкой

Его оплакали ещё при Жизни. Откричали, отрыдали над ним. Капали горячие слезы на лицо. Неожиданно сильные родные женские руки приподнимали и роняли безвольное тело. Он тогда куда-то исчез. Да так и не вернулся. Привычно Жил, доживал. Ухаживал, как мог, за тушкой. Присматривал за мыслями. И ловил себя на том, что обращается к себе в третьем лице, к тому себе, которого знали другие люди. Удивительно было переживать боль, обиды, предательства. Было действительно больно, смертельно обидно. И словно со стороны.

Почему это так буднично? Пришли люди попрощаться с умершим телом. Разговаривают о каких-то пустяках, и словно бы стесняются. Зачем они здесь? Пусть бы остались только те, кому это важно, кто дышать от горя не может. К чему этот фарс? Это нелепое выражение непонятно чего? Апофиоз лицемерия. Может и лучше, что буднично. Хоть как-то примиряет.

Свобода? Свобода от чего? Свобода как противопоставление несвободе? Но разве возможна несвобода? Мимолетное переживаний свободы связано с состоянием, когда ты предоставлен сам себе, но ничего не хочешь делать. И уверенность, что ты способен сделать что угодно. Но не сейчас. И балансируешь между ленью и чувством вины за потерянное время. Теперь свободы было сколько угодно. Без чувства вины. И без ненужного больше чувства всемогущества. Неужели это и есть…? Слово озвучивать не хотелось. Это казалось неуместным в подобных обстоятельствах.

Люди легко могут обойтись без сказок. Даже дети. Дети особенно. Но почему тогда взрослые так настойчиво рассказывают и придумывают сказки для детей? И не только для детей? Разумнее прекратить все эти выдумки и сосредоточиться на серьезном и реальном. Всё так. Если бы не мутное понятие реального. Привычка всё сводить к уже известному, неизбежно загоняет в тупик. Ты слепнешь, глохнешь, теряешь обоняние и чувство вкуса. Мир становится пресным и серым. Жесткий финал. И тут на помощь приходит сказка. Иногда как антипод привычному, часто как проводник к настоящему и всегда как отдушина для загнанной души.

Люди с практической хваткой постарались прибрать к рукам и сказки. Придумали жанры, систематизировали сюжеты, литературно обработали. То, что получилось легко продать, просто объяснять. Герои мультфильмов похожи друг на друга от сказки к сказке. Сказка на футболках, на обложках тетрадей, на коробках цветных карандашей. Сказочный Санта и Дед Мороз могут написать «настоящее письмо» с печатью и подписью. То, что выпадает из этой карусели легко обозвать неформатом и придушить в зародыше.

- У тебя нет выбора. Когда ты свободен, понятие выбора не имеет смысла. Стать сказочным персонажем. Сказочником. Сказкой. Троекратное подтверждение – голос существовал отдельно от говорившего – Если человеку помочь еще в детстве понять разницу между ряженным и настоящим (сказочным) Дедом Морозом, то такой человек сохранит способность замечать сказочное вокруг. Учить сказке! Что может быть достойнее? – голос зазвучал торжественно, а потом рассмеялся – И сюрприз! Ты забудешь всё, кроме того что может помочь сказке.

У него хорошее ремесло. Быть сказкой. Полная занятость, работа на свежем воздухе. Нет стеснения в средствах (необходимое всегда под рукой). Не скучно. Никогда и нигде. Накануне Нового Года будет дедморозить. Незаметно совершая чудеса, осторожно размывая границу со сказкой. Тотальный неформат. Он не повторяется в сказках. Ты с ним встречался много раз. Скорее всего, не узнал и ничего не понял. Но какое-то время Жил в приподнятом настроении. И с волшебным чувством, что всё будет! Так и случилось.
Tags: Настоящее настоящее, Сказки с дымком, Сказочные прогулки по-зимнему
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments