Удивление

Сказка на сквозняке

Сквозняк похож на тень, только из воздуха. И еще из чего-то трудноопределимого и поэтому до боли знакомого. Я только что немного порисовал, а теперь сидел и смотрел в невидимую, даже мне, точку. Кот Фрося играла с кем-то существующим только для нее. Все были при деле. И тогда в комнату заглянул сквозняк. Можно было поклясться, что все окна и двери были закрыты, только это уже ничего бы не изменило. Сквозняк был здесь, и ему было интересно.

Когда ты пробуешь делать что-то новое и малознакомое для тебя, то это приоткрывает двери и форточки в неведомое. Поэтому многие люди предпочитают не связываться с новым. Никому неизвестно кто может заглянуть ОТТУДА! Уж лучше более или менее знакомый, пусть даже скучный и предсказуемый мир.

Фрося вдруг бросила свою невидимую игрушку, выгнула спину и хрипло зашипела. Шерсть дыбом, глаза горят желто-зеленым. Медленно пошла боком, осторожно так пошла, почти не касаясь, пола. Сквозняк замер. Мне тоже стало страшно. Теперь уже по-настоящему. В комнате был еще кто-то. Незнакомый и неведомый. Пауза повисла в воздухе. Даже заскучала немного. Ожидание сладко потянулось и изготовилось к неизбежному.

- Я вас не напугал? – голос родился из пустоты, сначала едва слышно, потом увереннее и с легкой хрипотцой.

- Нееетттт – прошелестел я, с трудом пропихивая звуки через пересохшее горло.

- Понимаете, как бы я не начал разговор, это в любом случае будет неожиданно.

- Понимаю – соврал я, и мне стало гораздо легче. Вранье всегда помогает расслабиться.

- Вы как-то можете успокоить вашего жуткого зверюгу? Он не дает мне сдвинуться с места и явно намеревается напасть.

- Фрося? Кыс-кис-кис – позвал я. Фроська подпрыгнула на месте, словно ее внезапно напугали, потом сразу потеряла интерес к окружающему, вытянулась на полу и, блаженно замурчав, задремала.

- Спасибо. Я не то чтобы испугался, просто неприятно начинать знакомство с драки – голос моего собеседника обрел бархатистость.

- А вы кто? Вас можно увидеть? – я знал ответ, но, как это часто бывает, ляпнул, что попало, лишь бы поддержать разговор.

- Можно. Хотя здесь многое зависит от того, что понимать под термином «увидеть». Если вас это не обидит, мне удобнее оставаться для вас сквозняком.

- Не обидит – снова соврал я. Вранье похоже на накатанную дорогу, трудно остановиться. Помолчали. Это было то самое молчание, когда слова могут все испортить. Никакой неловкости. Просто говорить не имеет смысла.

- Спасибо – голос сквозняка словно бы удалялся – Вы хороший и интересный собеседник. Может быть, еще встретимся – и все стихло. Ни сквозняков, ни-че-го. Кот Фрося крепко дрыхнет у моих ног, когда только успела подойти.

Расшифровка разговоров без слов может занимать годы, а иногда и жизни. Если и есть в таких разговорах информация, то она сжимается так плотно, что разделить ее на отдельные, логичные фрагменты, трудно. Сейчас в голове мотив Бреговича под названием «In The Death Car» и отчетливая уверенность в том, что привычный вариант времени – это не более чем привычка. Никто никого не обязывает взрослеть, стареть и умирать. Возможны прочие варианты, и таких вариантов много. Ум буксует, пытается свести все к известному, у него не получается и тогда он принимает логичное, понятное решение – уснуть.