Удивление

Тетя Дуся

Тетя Дуся была женщиной героической судьбы. Она и умерла странно. Изрядно выпив, возвращалась ноябрьской ночью, с какой-то гулянки. Устала, присела у забора и … замерзла. Фрол хорошо помнил, как его отец, с серым от горя лицом, взял тележку и на ней привез труп на квартиру, где обитала последнее время тетя Дуся. Потом Фрол подавал отцу с чердака доски, о существовании которых даже не знал. Доски были пыльными и очень легкими. Видимо просохли хорошо, забытые до времени. Отец взял рубанок и долго и монотонно стругал эти доски, а потом сколотил крепкий гроб. Фрол смотрел и не мог понять, зачем нужно так тщательно подгонять доску к доске, чтобы не было щелей. Все равно ведь это все превратится в прах, в земле. Когда работа была закончена, отец попросил принести попить, и Фрол, увидел, как у отца дрожат руки.

Тетя Дуся прожила бурную жизнь. Её бросало из стороны в сторону. Она сделала карьеру партийного работника, после чего ее исключили из партии из-за каких-то связей с уголовниками. Она побывала на разных стройках социализма, где освоила, не поддающееся подсчету, число специальностей. От каменщика до бармена. Когда тетя Дуся приезжала в деревню, где жил маленький Фрол, то сразу же заставляла вращаться вокруг себя крошечную деревенскую вселенную. И уезжала всегда внезапно, никого не предупредив, не сообщив, куда и зачем.

Так случилось, что Фрол не был любимым ребенком в семье. Его рождение было нежданным, поздним и нежелательным. К нему относились как к неизбежной неприятности , без ласки, не обращая особого внимание на то как он подрастает. И рос он скорее вопреки, чем благодаря. Несмотря на болезненность и слабость, Фрол оказался живуч и цеплялся за существование, чем только мог, впитывая в себя даже крохи радости и внимания. Единственным человеком, в ближайшем окружении, который действительно любил Фрола, была тетя Дуся. Она сажала его на колени, пела ему блатные песни и приговаривала: “Красюк! Ох, и красюк, ты Фролушка. Сколько же ты баб погубишь!”. Фрол подходил к зеркалу и не мог понять, что же такого красивого видит в нем тетя Дуся. В зеркале отражался тощий сутулый лопоухий мальчик. Почему-то это вот «красюк», Фрол запомнил на всю жизнь. Повзрослев, часто улыбался тому, что тетя Дуся ошиблась. Он не пользовался успехом у женщин, потому что был неуверенным и робким, всегда проигрывая более напористым сверстникам. Но когда ему перевалило за сорок, что-то изменилось, и он действительно почувствовал к себе неприкрытый интерес женской половины человечества. Пророчество сбылось.

У тети Дуси не было музыкального слуха, но было неутолимое желание петь и играть на чем-то. Она брала в руки первый попавший музыкальный инструмент и извлекала из него простые звуки, напевая при этом. И случалось чудо, её слушали, затаив дыхание. Потому, что она не просто что-то исполняла, а отдавалась этому со всей возможной страстью.

Когда тети Дуси не стало, о ней быстро забыли. И Фролу осталось от нее лишь слово «красюк», да пример того, что неважно насколько хорошо ты умеешь что-то делать. Если делаешь, то делай так, словно делаешь в последний раз.